Как обжаловать изъятие документов виновной стороной

Арест и изъятие имущества:
надолго или навсегда?

Арест имущества либо его изъятие как вещественного доказательства — один из самых распространенных способов воздействия на обвиняемых (подозреваемых) по уголовному делу.
Как восстановить свои права и вернуть имущество в случае его ареста либо изъятия в качестве вещественного доказательства?

В случае несогласия с наложением ареста, собственник имущества заинтересован в наличии гарантированной законом возможности оспорить соответствующие действия и решения органов расследования и суда. Эта возможность у него, безусловно, есть. Однако при попытках реализовать ее возникают различные препятствия и трудности процессуального характера, вплоть до отказа в рассмотрении обращений о незаконном аресте и изъятии имущества. Почему? — как показывает практика наших адвокатов, если имущество уже изъято, то добиться его возврата нелегко даже в случаях явной незаконности принятых решений, особенно, по экономическим преступлениям, где арест имущества — чуть ли не цель всего уголовного дела, которое потом приостанавливается на неопределенный срок.

При аресте имущества и его изъятии следует учитывать, что (само собой) законом предполагается, что все процессуальные меры УПК, ограничивающие права и свободы, — временные, т.е. на период уголовного расследования и пока не вынесено решение об их отмене либо пока не вступил в силу приговор суда (который, впрочем, может быть с конфискацией изъятого имущества).

Но «нет ничего более постоянного, чем временное». Если имущество выбывает из распоряжения собственника на год и более, то ущерб его интересов очевиден. Соответственно, мнение адвоката — добиваться отмены незаконного ареста имущества либо его изъятия в качестве вещественного доказательства всеми доступными способами защиты.

Если оспаривается правомерность процессуальных действий следователя, связанных с наложением ареста на имущество, признанием вещественным доказательством, или обжалуется постановление судьи о наложении ареста на имущество, то применяются процедуры обжалования, предусмотренные УПК РФ. Типовых рецептов по уголовным делам не бывает, поэтому каждая задача решается, исходя из обстоятельств конкретного дела. Не пожалейте времени и узнайте мнение адвокатов, т.к. консультации по уголовным делам большинством адвокатов предоставляются бесплатно.

Подтверждением стены нежелания следствия возвращать изъятое имущество — тот факт, что граждане доходят до Конституционного суда. И в настоящее время при решении данного вопроса на стороне собственника не одно решение Конституционного суда РФ, который достаточно четко сформулировал правовую позицию по поводу изъятия имущества по уголовным делам. Из последних это следующие:

— Постановление Конституционного Суда (КС) от 21.10.2014 N 25-П «По делу о проверке конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса РФ в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью «Аврора малоэтажное строительство» и граждан В.А. Шевченко и М.П. Эйдлена (с текстом которого можно ознакомиться здесь);

— Определение КС от 14 мая 2015 года № 1127-0 по жалобе гражданки Немецковой Татьяны Анатольевны на нарушение ее конституционных прав подпунктом «а» пункта 1 части второй статьи 82 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (с текстом которого можно ознакомиться здесь).

В октябре 2014 года положения частей третьей и девятой статьи 115 УПК РФ КС признал не соответствующими Конституции РФ, в той мере, в какой этими положениями не предусматривается надлежащий правовой механизм, применение которого позволяло бы эффективно защищать в судебном порядке права и законные интересы лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или гражданскими ответчиками по уголовному делу, право собственности которых ограничено чрезмерно длительным наложением ареста на принадлежащее им имущество, предположительно полученное в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого.

В июне 2015 года принят и опубликован Федеральный закон от 29 июня 2015 г. N 190-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», для защиты права собственности от необоснованного или чрезмерно длительного ограничения. В новом законе уточнен порядок наложения ареста на имущество. Поправки приняты в целях реализации позиции КС РФ (постановление от 31.01.2011 N 1-П). Он указал на необходимость защиты права собственности лиц, чье имущество в рамках производства по уголовному делу арестовано, в случае приостановления предварительного расследования. Таким гражданам должна быть обеспечена возможность компенсировать убытки, причиненные чрезмерно длительным применением такой меры. Поправки наделяют суд полномочием устанавливать и продлевать срок ареста имущества. Налагая арест на имущество, суд должен установить ограничения по его владению, пользованию и распоряжению. О них необходимо предупредить лиц, которым арестованное имущество передается на хранение. Гражданам, чье имущество арестовано, должны разъяснить право обжаловать такое решение, а также ходатайствовать об изменении установленных ограничений или отмене ареста.
Арест имущества либо отдельные ограничения отменяются также в случае истечения установленного судом срока ареста или отказа в его продлении.
Прописана процедура продления срока ареста имущества. В ней разрешено участвовать в т. ч. лицам, имущество которых арестовано. Соответствующее решение судьи можно обжаловать в апелляционном, кассационном порядке.
Согласно поправкам, до того, как приостановить предварительное следствие, следователь обязан установить, что арестованное имущество получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для этого в качестве орудия, оборудования или иного средства преступления либо для финансирования терроризма, экстремизма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (организации). Также он должен рассмотреть вопрос о возможном изменении ограничений по владению, пользованию, распоряжению арестованным имуществом либо об отмене его ареста. Следователь (дознаватель) могут ходатайствовать перед судом о продлении срока ареста имущества лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми, только если не отпали основания для ареста. Данный закон вступил в силу с 15 сентября 2015 г.

Вопрос о допустимости изъятия имущества в рамках уголовного дела (в том числе в виде наложения на него ареста или признания его вещественным доказательством с таким определением режима хранения, который ограничивает право владения и пользования имуществом), находящегося у лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или несущими по закону материальную ответственность за действия подозреваемого, обвиняемого, и использование которого в совершении преступления только предполагается, может иметь лишь временный характер.

Временное изъятие имущества — это процессуальная мера обеспечительного характера и не порождает перехода права собственности на имущество. Исходя из этого, по мнению КС, арест имущества и его изъятие у обвиняемых, подозреваемых не может расцениваться как нарушение конституционных прав и свобод, в том числе как нарушение права собственности, — притом что лицам, в отношении которых применяются подобного рода меры, сопряженные с ограничением правомочий владения, пользования и распоряжения имуществом, обеспечивается закрепленное статьей 46 (часть 2) Конституции РФ право обжаловать соответствующие решения и действия.

Читать еще:  Сотрудник просит дать справку об отгулянных отпусках

Обжалование ареста имущества обвиняемого, наложенного для обеспечения исполнения приговора в части конфискации имущества, до вынесения приговора возможно, но практически будет безрезультативным, если санкция статьи УК РФ, по которой предъявлено обвинение, предусматривает конфискацию имущества либо по уголовному делу заявлены требования потерпевшего о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, в совершении которого предъявлено обвинение.

При этом оценка судом законности и обоснованности изъятия у собственника или законного владельца того или иного имущества в связи с приобщением его к уголовному делу в качестве вещественного доказательства не может, по смыслу статей 81 и 82 УПК РФ, ограничиваться установлением формального соответствия закону полномочий должностных лиц.

Суд должен прийти к выводу, что иным способом обеспечить решение стоящих перед уголовным судопроизводством задач невозможно. В таких случаях должны приниматься во внимание как тяжесть преступления, в связи с расследованием которого решается вопрос об изъятии имущества, так и особенности самого имущества, в том числе его стоимость, значимость для собственника или законного владельца и общества, возможные негативные последствия изъятия имущества.

В зависимости от указанных обстоятельств дознаватель, следователь и затем суд, решая вопрос о признании имущества вещественным доказательством, должны определять, подлежит ли это имущество изъятию либо в соответствии с подпунктами «а» и «б» пункта 1 части 2 статьи 82 УПК Российской Федерации оно может быть сфотографировано, снято на видео- или кинопленку и возвращено законному владельцу на хранение до принятия решения по уголовному делу.

Энциклопедия решений. Обжалование действий полиции, связанных с изъятием вещей и документов в рамках дела об административном правонарушении

Обжалование действий полиции, связанных с изъятием вещей и документов в рамках дела об административном правонарушении

Внимание

Если дело об административном правонарушении, в связи с которым проводилось изъятие, впоследствии было прекращено, то это само еще не означает, что изъятие было незаконным (постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.2009 N 9-П, решения АС Оренбургской области от 12.01.2015 по делу N А47-871/2014, АС Тамбовской области от 07.07.2015 по делу N А64-23/2015, постановление Четырнадцатого ААС от 31.03.2015 N 14АП-936/15).

Обжаловать изъятие (а точнее, действия полиции по изъятию либо во время изъятия*(1)) можно двумя способами.

Во-первых, обжалование изъятия возможно в процессе рассмотрения дела об административном правонарушении (ст. 29.7 КоАП РФ), в связи с которым проводилось изъятие, либо оспаривания постановления по этому делу (глава 30 КоАП РФ). И — если проведение изъятия сопровождалось нарушением закона — это может подорвать доказательственную базу, подготовленную полицией: например, протокол изъятия может быть исключен из числа доказательств события правонарушения, а стало быть, результаты исследований образцов изъятой продукции (если они проводились) тоже будут исключены (решения АС Нижегородской области от 29.07.2014 по делу N А43-10734/2014, Богучарского районного суда Воронежской области от 24.09.2014 по делу N 12-80/2014, постановление Кызылского городского суда Республики Тыва от 19.09.2014). В любом случае, суд обязан дать оценку доводам о незаконности изъятия вещей и документов (абз. 3 и 4 п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 N 10).

При вынесении постановления по делу об административном правонарушении обязательно должен быть решен вопрос об изъятых вещах и документах (ч. 3 ст. 29.10 КоАП РФ, п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5). Как быть, если по какой-то причине этот вопрос разрешен не был? До 26.09.2016 действовало указание Верховного Суда РФ, предписывающее, что обращаться по поводу изъятого имущества следует только по процедуре, установленной гл. 30 КоАП РФ , а именно обжаловать постановление в указанной части (абз. 5 п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 N 2, определение АС Белгородской области от 01.11.2013 по делу N А08-4662/2013, апелляционные определения СК по гражданским делам Курганского областного суда от 29.07.2014 по делу N 33-2213/2014, СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 10.07.2013 по делу N 33-8315/2013). Скорее всего, указанный порядок обжалования остается действующим и сейчас; такой вывод можно сделать из положения абз. 2 п. 28 упомянутого постановления Пленума ВС РФ N 5, в котором говорится о жалобе или протесте на постановление, не разрешившее вопроса об арестованном имуществе. Такие жалоба или протест подаются именно в порядке гл. 30 КоАП РФ. Иной порядок в постановлении Пленума не упомянут, хотя и встречается на практике (решение АС г. Москвы от 04.03.2013 по делу N А40-146326/2012).

Во-вторых, изъятие можно обжаловать отдельно от дела об административном правонарушении — однако не всегда, а лишь в двух случаях:

1) Можно обжаловать изъятие, если постановлении о привлечении к административной ответственности еще не вынесено (если привлекать в к ответственности будет орган исполнительной власти) или дело еще не передано для рассмотрения в суд (если привлекать по данному делу правомочен именно суд) (п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 N 10, решение АС Кировской области от 29.06.2015 по делу N А28-4550/2015, определения АС г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2015 по делу N А56-7686/2015, АС Псковской области от 18.05.2015 по делу N А52-1024/2015). Если постановление об административной ответственности уже вынесено, то обжаловать изъятие отдельно от дела об административном правонарушении уже невозможно (определения АС Тамбовской области от 22.04.2015 по делу N А64-366/2013, АС Республики Хакасия от 16.04.2015 по делу N А74-1424/2015, АС Краснодарского края от 03.12.2014 по делу N А32-32845/2014, АС Ульяновской области от 28.08.2014 по делу N А72-9108/2014, решение Советского районного суда г. Астрахани Астраханской области от 30.07.2015 по делу N 2-2856/2015).

2) Можно обжаловать изъятие, если дело об административном правонарушении прекращено либо вовсе не возбуждалось *(2), но действия по изъятию повлекли за собой нарушение прав и свобод гражданина или организации, создание препятствий к осуществлению ими прав и свобод, незаконное возложили на них какую-либо обязанность (абз. 6 п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 N 2). Сразу оговоримся, что вышеуказанное постановление Пленума ВС РФ не применяется (см. п. 87 постановления Пленума ВС РФ от 27.09.2016 N 36), однако взамен никаких разъяснений по данному вопросу выпущено не было. Поэтому представляется логичным, что на практике при разрешении аналогичных дел суды будут придерживаться описываемого подхода, тем более что на это указал Конституционный суд РФ в определении от 18.04.2006 N 107-О.

Читать еще:  Увольнение сразу после отпуска — Открой бизнес

В этих двух случаях обжалование проводится либо в порядке гл. 24 АПК (абз. 1 п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 N 10), либо в порядке административного судопроизводства согласно нормам гл. 22 КАС РФ (ранее действовала глава 25 ГПК РФ). В арбитраж можно идти при соблюдении общих требований подведомственности, то есть если имущество изымалось у предпринимателя или организации, и при этом действия полицейских затрагивают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (п. 2 ч. 1 ст. 29 и ч. 1 ст. 197 АПК; см. также определения АС Удмуртской Республики от 09.06.2015 по делу N А71-2364/2015, АС Алтайского края от 24.07.2015 по делу N А03-9012/2015, АС Новосибирской области от 12.11.2014 по делу N А45-16718/2014).

В арбитражный суд необходимо подать заявление о признании решений и действий (бездействия) полиции по проведению изъятия незаконным, срок подачи такого заявления — три месяца со дня изъятия (ч. 4 ст. 198 АПК РФ). Суд рассмотрит дело в течение трех месяцев (ч. 1 ст. 200 АПК РФ).

В районный суд следует подавать административное исковое заявление об оспаривании решений и действий сотрудников полиции по изъятию вещей и документов (ч. 1 ст. 218 КАС РФ). Заявление подается в течение трех месяцев со дня изъятия (ч. 1 ст. 219 КАС РФ). Дело рассматривается в течение 1 месяца (ч. 1 ст. 226 КАС РФ).

Вред, причиненный незаконным применением изъятия по делу об административном правонарушении, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном ст. 1069 ГК РФ (ч. 2 ст. 27.1 КоАП РФ, п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 N 5).

*(1) Иногда жалобщики пытаются оспорить не действия, а протокол изъятия. Однако протокол не может быть оспорен, поскольку он не является ненормативным актом, а обжалованию подлежат действия полиции по его проведению (разумеется, если они незаконные), см, например, определения АС Республики Саха от 10.10.2013 по делу N А58-4641/2013, АС Хабаровского края от 13.05.2013 по делу N А73-2627/2013.

*(2) Строго говоря, изъятие вещей и документов является мерой обеспечения по делу (п. 4 ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ), и поэтому, даже в отсутствие иных документов по делу, дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента составления протокола изъятия (п. 2 ч. 4 ст. 28.1 КоАП РФ). Таким образом, нельзя говорить о том, что дело не возбуждалось, если по нему были изъяты документы и вещи. Однако именно такую формулировку допускал даже Верховный Суд РФ (абз. 6 п. 7 постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2009 N 2). Очевидно, что имелась в виду ситуация, когда кроме ареста никаких иных действий не проводилось и не проводится (постановление АС Поволжского округа от 02.12.2014 N Ф06-17802/13).

КС: Изъятие имущества в качестве вещдока должно быть обосновано. Конституционный Суд разъяснил применение норм УПК, позволяющих изымать имущество в качестве вещественных доказательств без решения суда

Как рассказал «АГ» адвокат АП Белгородской области Михаил Пустотин, представляющий интересы заявителя, поводом для обращения послужило то, что принадлежащее «Синклит» оборудование для производства сигарет постановлением следователя было приобщено в качестве вещественного доказательства по уголовному делу, возбужденному по п. «а» ч. 6 ст. 117.1 УПК РФ. В постановлении указано, что оборудование служило средством совершения преступления, может служить средством обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Компания пыталась обжаловать действия ведомства, в частности, «Синклит» настаивала на том, что арест ее имущества, приобщенного к делу в качестве вещественного доказательства, должен был производиться в порядке ст. 115 УПК РФ по санкции суда. Однако суд первой инстанции указал, что следователь наделен правом, а не обязанностью обращаться в суд с ходатайством о наложении ареста. Апелляция поддержала это решение, добавив, что в порядке ст. 115 УПК РФ арест вещественных доказательств распространяется только на имущество, полученное в результате совершения преступления, как следует из положений п. 3.1. ч. 2 ст. 82 УПК РФ. Адвокат рассказал, что суды первой и второй инстанций руководствовались действующими нормами УПК РФ, поэтому заявитель решил не обращаться в Верховный Суд, а просить КС РФ разъяснить обнаружившуюся неопределенность норм УПК.

В своем постановлении Конституционный Суд указал, что изъятие по уголовному делу имущества (в том числе в виде наложения на него ареста или признания его вещественным доказательством с режимом хранения, ограничивающим права владения и пользования имуществом), которое находится у лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми и не несущих по закону материальной ответственности за действия подозреваемого, обвиняемого, и использование которого в совершении преступления лишь предполагается, может иметь лишь временный характер и применяться при предоставлении таким лицам процессуальных гарантий защиты прав посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства.

В то же время Суд подчеркнул, что институт наложения ареста и институт изъятия и хранения вещественных доказательств имеют разное предназначение в уголовном процессе. Тем обстоятельством, что изъятие имущества в качестве вещдока и его удержание при наложении ареста на основании судебного решения, принятого по ходатайству следователя или дознавателя, позволяют распространить на данные отношения предварительный судебный контроль за их законностью и обоснованностью, не предопределяется использование процедуры наложения ареста на имущество во всех случаях, когда соответствующие предметы используются в качестве вещественных доказательств для раскрытия преступления и разрешения уголовного дела, тем более при обеспечении возможности последующего судебного контроля.

Изъятие, по мнению Конституционного Суда, должно быть обосновано, в том числе при возникновении судебных споров по соответствующим вопросам. Обязанность по обоснованию при этом лежит на уполномоченных лицах органов предварительного следствия и дознания, причем одной только ссылки на то, что данный предмет обладает свойствами вещественного доказательства, недостаточно.

Как напомнил КС РФ, в Постановлении от 16 июля 2008 г. № 9-П он уже отмечал, что оценка судом законности и обоснованности изъятия у собственника или владельца имущества в связи с приобщением его к уголовному делу в качестве вещественного доказательства не может, по смыслу ст. 81 и 82 УПК РФ, ограничиваться установлением формального соответствия закону полномочий применяющих данную меру должностных лиц органов предварительного расследования. Суд должен прийти к выводу, что иным способом обеспечить решение стоящих перед уголовным судопроизводством задач невозможно.

В таких случаях должны приниматься во внимание как тяжесть преступления, в связи с расследованием которого решается данный вопрос, так и особенности самого имущества, в том числе его стоимость, значимость для собственника или владельца и общества, а также возможные негативные последствия изъятия имущества. В зависимости от указанных обстоятельств дознаватель, следователь и затем суд должны определять, подлежит ли это имущество изъятию либо в соответствии с подп. «а», «б» п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ оно может быть сфотографировано, снято на видео- или кинопленку и возвращено собственнику или владельцу на хранение до принятия решения по уголовному делу.

Читать еще:  Нарушение пешеходом или пассажиром тс пдд

Конституционный Суд подчеркнул, что изъятие и удержание в качестве вещдоков в досудебном производстве по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности предметов, используемых при осуществлении предпринимательской деятельности и принадлежащих лицам, не являющимся в этих уголовных делах подозреваемыми, или обвиняемыми, или теми, кто несет материальную ответственность за их действия, несоразмерно конституционно значимым ценностям ограничивало бы право частной собственности. Тем более если для обеспечения сохранности таких вещественных доказательств не требуется их изъятия или допускается их незамедлительное возвращение последним на ответственное хранение после производства необходимых следственных действий.

Таким образом, Конституционный Суд пришел к выводу, что оспариваемые положения УПК РФ не противоречат Конституции в выявленном данным постановлением конституционно-правовом смысле. Решения, вынесенные в отношении компании «Синклит», подлежат пересмотру.

Комментируя для «АГ» постановление КС РФ, Михаил Пустотин сообщил, что расценивает его положительно, – по его мнению, оно поставит препон незаконным действиям правоохранительных органов.«Суд разъяснил смысл действий оспариваемых нами статей УПК. Это мнение является, по сути дела, законом и выражается в том, что нельзя изымать, а если изъято, то незамедлительно возвращать на ответственное хранение то имущество, которое задействовано в производственном цикле лиц, не являющихся обвиняемыми, подозреваемыми или по закону несущими материальную ответственность за их действие», – указал адвокат.

Адвокат заметил, что суды общей юрисдикции формально подходят к рассмотрению вопросов обоснованности изъятия имущества в качестве вещдоков: «Есть полномочия у следователя? Есть. Дальше они не вдаются в существо самой проблемы».

По мнению Михаила Пустотина, данное постановление является подходящим правовым механизмом для всех без исключения предпринимателей, в той или иной мере пострадавших от аналогичных действий правоохранительных органов. Он отметил, что КС достаточно четко расписал, что такого рода ограничения не соизмеримы с другими конституционными ценностями, в частности, правом на труд, на использование своих способностей для незапрещенной экономической деятельности.

Так считает и научный консультант юридического бюро Legal Choice Кирилл Кавченков: «Вроде бы и УПК РФ, и разъяснения высших судов на стороне предпринимателей: установлены краткие сроки возвращения предметов, не признанных вещественными доказательствами по делам экономической направленности, а также указано на необходимость соблюдения интересов предпринимательского сообщества. Вместе с тем, реально столкнувшись с такой проблемой, предприниматель крайне ограничен в инструментах обжалования: жаловаться можно в прокуратуру, вышестоящий следственный орган и суд. Как показывает правоприменительная практика, к таким жалобам все вышеперечисленные инстанции подходят крайне формально, не вдаваясь на досудебной стадии в оценку доказательств».

Кроме того, эксперт пояснил, что на практике субъекты предпринимательской деятельности сталкиваются с произволом правоохранительных органов. «Одними из форм такого произвола являются изъятие и длительное необоснованное невозвращение имущества индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, которое удерживается органами дознания и следствия, что препятствует осуществлению нормальной экономической деятельности и приводит к негативным последствиям в виде убытков и, зачастую, банкротству», – отметил он.

Однако, по мнению Кирилла Кавченкова, Конституционный Суд оставил данный вопрос без конкретного решения, в очередной раз обязывая и суды, и следствие с дознанием соблюдать баланс интересов сторон и не допускать нарушения прав предпринимателей. «Вот и появится очередной пункт в виде ссылки на данное постановление в жалобах грамотных адвокатов», – заключил эксперт.

Управляющий партнер АБ «Забейда и партнеры» Александр Забейда считает, что ситуации, подобные той, с которой столкнулся заявитель жалобы, – не редкость. Он пояснил, что следователь или дознаватель, расследуя уголовное дело, в первую очередь заботится о своих интересах и интересах следствия (например, сохранности вещественного доказательства), и уже во вторую – об интересах третьих лиц, чьи права затронуты расследованием.

По словам Александра Забейды, бывают случаи, когда у следователя нет возможности в ходе осмотра места происшествия определить, необходимо ли ему изъятие оборудования или нет. «Он мог бы принять такое решение, посоветовавшись со специалистом или экспертом. Но как быть, если такое лицо в производстве следственного действия не участвует, а обеспечить такое участие в короткие сроки не представляется возможным? Разумеется, при таких обстоятельствах следователь не будет рисковать и примет решение об изъятии оборудования. Поэтому с этой точки зрения КС абсолютно прав», – поясняет адвокат.

В то же время он отметил, что бывает и так, что такого рода уголовно-правовые инструменты используются сторонами при бизнес-конфликтах. «Любая война – это, в первую очередь, деньги, то есть расходы. Лишив своего оппонента источника средств на осуществление процессуального противостояния, недобросовестная сторона может легко добиться нужного ей результата, чем и пользуется в тех случаях, когда следователя или иное лицо, проводящее расследование, удается коррумпировать», – заключил Александр Забейда.

Уполномоченный по правам предпринимателей, заключенных под стражу, Александр Хуруджи считает, что КС РФ обоснованно признал, что предметы, проходящие по уголовным делам, не должны изыматься у собственников, если обеспечение их сохранности и проведение с ними необходимых следственных действий не требуют такого изъятия. «По сути, этим решением он подтвердил соответствие Конституции уже давно сложившуюся практику. Согласно ей, правоохранительные органы очень часто оставляют изъятое по уголовным (административным) делам имущество собственникам под их письменное обязательство обеспечить сохранность этого имущества как вещественное доказательство до вступления приговора суда в силу», – отметил эксперт.

Эксперт отмечает, что хранение вещдоков – процедура затратная, и в случае изъятия расходы ложатся на бюджет, поэтому правоохранительным органам выгодно передать такое имущество собственнику. Отказы в возвращении имущества собственникам весьма редки. «Впрочем, бывают случаи, когда изъятие используется как способ влияния на предпринимателей в коррупционных целях. Касаясь этих аспектов, целесообразнее для устранения возможных нарушений при изъятии имущества актуализировать обзоры правоприменительной практики, адресованные, прежде всего, сотрудникам правоохранительных органов, а также усилить ведомственный и прокурорский надзор за такими процессуальными действиями, так как наибольшее количество нарушений при изъятии происходит не в судах», – заключил Александр Хуруджи.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector